AuthorsDen.com  Join | Login 

     Popular! Books, Stories, Articles, Poetry
Where Authors and Readers come together!

Signed Bookstore | Authors | eBooks | Books | Stories | Articles | Poetry | Blogs | News | Events | Reviews | Videos | Success | Gold Members | Testimonials

Featured Authors: Kevin Weeks, iStephen Cafaro, iM. Pritchard, iTina Tessina, iAllen Smith, iShawn Cormier, iMary Adair, i
  Home > Literary Criticism > Articles
Popular: Books, Stories, Articles, Poetry     

A. Colin Wright

· Become a Fan
  Notify me of new titles
  added by this author.

· 36 titles
· 10 Reviews
· Share with Friends!
· Save to My Library
·
Member Since: Apr, 2009

   Sitemap
   My Blog
   Contact Author
   Message Board
   Read Reviews

Books
· What I Believe (But You Don't Have To)

· A Cupboardful of Shoes, and Other Stories

· Sardinian Silver (Chapters One and Two)


Short Stories
· The Comedy of Doctor Foster (Part One))

· Story Collection query letter

· Bethlehem (a Christmas story, revised version)

· Bethlehem (a Christmas story, original version)

· The Comedy of Doctor Foster (Part two)

· The Comedy of Doctor Foster (Part One)

· Geisterbahnhφfe (Translation of Ghost Stations)

· Ghost Stations

· A Pregnant Woman with Parcels at Brock and Bagot

· Queen's Grill Bar


Articles
· Revised What I Believe (Part 7 of 7)

· Revised What I Believe (Part 6 of 7)

· Revised What I Believe (Part 5 of 7)

· Revised What I Believe (Part 4 of 7)

· Revised What I Believe (Part 3 of 7)

· Revised What I Believe (Part 2 of 7)

· Revised What I Believe (Part 1 of 7)

· M. A. Bulgakov and the question of Greatness

· Rewriting St. John

· Sardinia then and now


News
· New book, A Cupboardful of Shoes, to be published.

· New book, A Cupboardful of Shoes, to be published.

· New book A Cupboardful of Shoes, to be published.

· New book A Cupboardful of Shoes, to be published.

· New book A Cupboardful of Shoes, to be published.

· New book A Cupboardful of Shoes, to be published.

· New book A Cupboardful of Shoes, to be published.

A. Colin Wright, click here to update your web pages on AuthorsDen.

Bulgakov and the question of greatness: Russian text
By A. Colin Wright
Last edited: Tuesday, May 10, 2011
Posted: Tuesday, May 10, 2011



Share    Print   Save  Become a Fan
Recent articles by
A. Colin Wright

• Revised What I Believe (Part 7 of 7)
• Revised What I Believe (Part 6 of 7)
• Revised What I Believe (Part 5 of 7)
• Revised What I Believe (Part 4 of 7)
• Revised What I Believe (Part 3 of 7)
• Revised What I Believe (Part 2 of 7)
• Revised What I Believe (Part 1 of 7)
           >> View all 20
Bulgakov and the question of greatness, translated by A. Colin Wright and Zina Gimpelevitch as Возвращение к М. А. Булгакову: Новый взгляд.

ВОЗВРАЩЕНИЕ К М. А. БУЛГАКОВУ: НОВЫЙ ВЗГЛЯД

А. Колин Райт (Кингстон, Онтарио, Канада)

В последнее время я несколько отошел от «булгаковедения» и сосредоточился на другой любимой литературной деятельности: самостоятельной творческой работе, которую так или иначе веду в течение всей своей сознательной жизни. (Я являюсь автором рассказов, опубликованных в литературных журналах, пьес, ожидающих своей театральной премьеры, недавно опубликованного романа, и многих неизданных рукописей и недоконченых работ разного жанра.)

Прямая принадлежность к писательскому цеху, безусловно, развила у меня иное отношение к творчеству любимого автора. Будучи сам писателем, я стал рассматривать произведения Булгакова с несколько иного угла зрения. Так, само собой напрашивалось сравнение с различными авторами, произведения которых я очень высоко ценю. Приведу только два примера. Дафна дю Морье одно время была очень известной и популярной писательницей, опубликовавшей семнадцать романов, две пьесы, и другие рассказы и документальные произведения. Второй пример — Филип Лорен (псевдоним Робина Эстриджа), сегодня полузабытый автор популярных в прошлом детективов и киносценариев. Его роман День стрелы , по-моему, обладает полным потенциалом для того, чтобы прослыть гениальным творением, однако, его место в пантеоне жанра пока ещё крайне скромное. Такие разные имена, как Михаил Булгаков, Дафна дю Морье и Филип Лорен, несмотря на глубокую несхожесть индивидуального почерка и судеб авторов, ставятся рядом в данной работе с исключительно одной целью. На мой взгляд, это сравнение может помочь в поставленном вопросе о значении писателя Михаила Булгакова в мировой литературе.

Углубляясь в изучение наследия одного автора, часто приходишь к вопросу: какова же ценность каждого его слова, останется ли оно, это слово, в вечности? У большинства авторов много юношеских и неоконченных произведений, которые вполне заслуженно остаются «в ящике» прошлого. Вернувшись после длительного перерыва к Булгакову, я был удивлен, насколько мало его произведений я помню досконально, за исключением, конечно, некоторых, во главе которых стоит его роман Мастер и Маргарита.

Представим на минуту, что Булгаков не написал Мастера и Маргариту. Считали бы мы его великим писателем в этом случае? В конце концов, Дафна дю Морье со своим признанным шедевром Ребекка и Филип Лорен, автор упомянутого замечательного романа, День стрелы, вовсе не считаются «великими» писателями.

Несмотря на то, что статус Булгакова в его родной литературе высок, он — не ровня Достоевскому, Толстому, Чехову, не говоря уже о Пушкине. Мы тоже не станем его сравнивать с такими выдающимися писателями зарубежной литературы как Шекспир, Гете, Мольер или Сервантес (несмотря на то, что репутация последнего основана на одном произведении, признанным в качестве великого). Булгаков, безусловно, очень хороший, даже отличный писатель, но многие другие, думается, тоже достаточно хороши. Что же отличает признанных писателей от других? Какие новые, выдающиеся качества они привнесли в историю культуры?

Давайте на время оставим роман Мастер и Маргарита и рассмотрим два типа произведений Булгакова, которые можно назвать, употребляя его любимые слова «блестящий» и «хороший». В первую категорию я бы сразу отнес его роман Белая гвардия и сатирическую повесть Собачье сердце, а еще его биографический роман Жизнь Господина де Мольера. Сюда же я включил бы несколько коротких рассказов из серии Записки юного врача а также, пожалуй, «No. 13 — Дом Эльпит — Рабкоммуна» и «Ханский огонь». Театральный роман — довольно хорош но, к сожалению, не закончен.

Бехусловно у М. Булгакова, как и у многих других хороших авторов, типа, скажем, Филипа Лорена, имеются и «заурядные» произведения. К этой категории я бы отнес короткие романы Булгакова Дьяволиада (сатира, основанная на теме двойника, но со слабым развитием характера) и Роковые яйца, тема которого была заимствована у Г. Д. Уэллса. Интересное, но далеко не «блестящее» произведение — Китайская история. Я здесь не критикую Булгакова, но только указываю на то, что сравнение его с другими писателями правомочно.

То же самое можно сказать и о его пьесах, включая сюда даже Дни Турбиных. Эта пьеса хороша в своей оригинальной форме в качестве адаптации Белой гвардии, но из-за истории ее постановки (так с переделками, вызванными интересами театра, так и другими, выполненными по политическим причинам) мы так и не знаем, какую версию нам выбрать в качестве основной. Лучшая авторская пьеса, это, по-моему, Бег: однако, она не была поставлена при жизни Буглакова несмотря на поддержку и надежды многих деятелей искусства (мотивы которых отличались и в политическом, и в культурном плане). В то же время, в последние годы эта пьеса заслуженно стала вполне приемлемой и даже желанной работой театрального репертуара.

Можно считать какие-нибудь из других его пьес просто «хорошими», но не «блестящими» работами? Зойкина квартира — остроумная и интересная сатира, как и Багровый остров. Блаженство и более серьезная по сравнению с ней пьеса Иван Васильевич — тоже несут несколько водевильный, развлекательный характер легкой комедии. Пьеса Адам и Ева, к которой Булкаков сам со временем стал чувствовать глубокую антипатию, слишком похожа на политический памфлет. Мы также не станем принимать во внимание пьесу Батум, написанную исключительно по политическим сображениям.

Обратимся к двум следующим пьесам, у которых имеется прекрасный, но, тем не менее, неосуществленный потенциал стать «блестящими». С первой, Мольер (или Кабала святош), неудача отчасти произошла в результате неразрешимости спора Станиславского с Булгаковым об основной концепции пьесы — показать ли Мольера в большей степени обыкновенным человеком, или, все-таки, в первую очередь, гениальным писателем. И в самом деле режиссеры многих более поздних постановок или просто показывают рабочий процесс Мольера, или включают отрывки из его пьес, или порой даже добавляют детали из жизни Булгакова, чтобы поярче сравнить его и Сталина с одной стороны и Мольера и Людовика XIV-го с другой. Пьеса также извращает некоторые факты из жизни Мольера, ставя зрителя в неудобное положение. Последние дни (Александр Пушкин) создает атмосферу периода, показывая смерть Пушкина более правдиво, чем последние дни Мольера, но проваливается в том, что главное лицо никогда не появляется на сцене. Булгакову казалось, что русскому зрителю не следует показывать главного литературного героя страны на сцене, как бы следуя концепции Марины Цветаевой, что у каждого должен сформироваться особый, «Мой Пушкин». Однако, изображение Пушкина на сцене имеет меньше значения для нерусского человека.

Следует еще коротко определить место трёх булгаковских адаптаций великих произведений. На взгляд критиков пьеса Мертвые души страдала от того, что она явилась простым набором сцен из романа, где полностью отсутствует атмосфера прозы Гоголя. Однако, адаптация романа Война и мир удивительно хороша, просто блестяща — как, впрочем, и Дон Кихот: самая удачная, может быть, в качестве пьесы.

У Булгакова, как и у всех других писателей, много произведий, как бы, вторичного качества. Сюда я бы причислил его публикации в газетах Гудок и Накануне в качестве журналистики, а также и его автобиографию Записки на манжетах. Это, несомненно, второстепенные произведения хотя и отмеченные особым «голосом» Булгакова. У него также имеется два неиспользованных киносценария: Мертвые души и Ревизор Гоголя; либретто Минин и Пожарский, Рашель (по Мопассану) и Черное море (адаптация пьесы Бег). У автора также есть довольно хороший перевод Скупого Мольера, и перевод/имитация Мещанина во дворянстве, под названием Полоумный Журден. Многие из этих произведений появились лишь в более поздних изданиях собраний произведений Булгакова.

Итак, все еще исключая из нашего дискурса его великий роман Мастер и Маргарита, как нам ответить на вопрос, не является ли Булгаков просто хорошим писателем, принадлежащим ко второй категории цеха писателей, писавших так же добросовестно, как и многие другие?

Мне думается, что в некотором отношении литературная судьба Булгакова более успешна, чем многих других писателей благодаря высокой трагичности времени, при котором ему довелось жить и творить. Конечно, предыдущее предложение не имеет ничего общего с безысходностью его личной творческой ситуации, когда постановка и публикация его произведений была запрещена по политическим причинам и не было надежд на перемену обстановки в стране. Но (как и в случае Пастернака) его интеллектуальная оппозиция советскому режиму давала ему не только главные темы его работ, но побуждала и пробуждала творческие силы. У него не было проблем тех более поздних писателей, которые могли писать о чем угодно, но им было трудно найти тему. Его критика окружающего общества также вызвала популярность автора как только его произведения стали появляться в печати. А также автору очень повезло с третьей его женой, Еленой Андреевной, которая спасла Мастера и Маргариту, и с помощью его друзей сумела, наконец, опубликовать роман. Без этого самозабвенного ее акта только специалисты, скорее всего, знали бы Булгакова сегодня.

Но роман Мастер и Маргарита, сам по себе — блестящий литературный факт. Если мы рассматриваем разные версии романа, он на первый взгляд кажется почти случайным явлением. Это просто удивительно. Никто другой, думается, планируя черновик произведения, не создал бы такой беспорядочный роман, с двумя главными персонажами, которые появляются только на полпути сюжета, да еще вплетая в фабулу дьвола, посещающего Москву, а самое главное — распятие Иисуса Христа. Однако, как ни кажется сюжет на первый взгляд беспорядочным, роман как-то поднимается над всем написанным ранее и становится, по моему, самым великим романом литературы 20-го века. И, в свою очередь, этот роман, без сомнения, влияет на наше понимание места и значения писателя-Булгакова в целом.

В связи с вышесказанным, мы неизбежно подходим к вопросу о теме книги. Если порекомендуешь Мастера и Маргариту кому-нибудь, первый вопрос, который нам задают, это: «о чем она?». И в самом деле, короткое предложение, описывающее тему, требуется, в первую очередь, для представления работы любому издателю или литературному агенту. Ведь тема порой важнее «хорошей прозы»: мы не будем здесь перечислять дурно написанные книги с животрепещущей темой. Незначительность темы сразу сказывается и на ценности произведения. Итак, чем же, все-таки, выделяется Мастер и Маргарита? Безусловно, многозначностью тематики.

В течение моего преподавания в университете, когда роман Булгакова был центром курса, лучшим подходом оказалось опросить студентов, что для них лично явилось самым интересным в сюжете: они всегда находили какой-нибудь ответ на этот вопрос. Так, одна моя студентка, достаточно ординарная, сказала, что она отложила прочтение романа до вечера перед дискуссией и, читая всю ночь, она не смогла отложить его до утра.

А по моему мнению в Мастере и Маргарите всевозможные темы. Роман стал чрезвычайно популярным в России, в первую очередь, благодаря своей сатире на Москву в 20-х и 30-х годах, вместе с предполагаемым сравнением дьявола со Сталиным. В нем немало актуальных намеков и ссылок на опознаваемые места в Москве. В качестве сатиры, роман, безусловно, очень удачен; в то же самое время он чрезвычайно занимателен. (К сожалению, понимание сатирического характера произведения часто затруднительно для нерусских, у которых нет знания жизни бывшего Советского Союза.) Однако, сатира — толька одна из значительных тем романа. Есть еще сила любви, отношения Мастера и Маргариты. Есть постоянно присутствующая сила искусства (лучше всего выраженная в известном предложении «Рукописи не горят!»). Есть добро и зло, свет и тьма, а также вопрос об апостольстве. Более того, это серьёзный философский трактат о том, что такое жизнь, отраженный в булгаковских неортодоксальных интерпретациях Библии (как Ветхого, так и Нового завета). А каждый герой романа, начиная с Азазелло или кота «Бегемот» —отдельная тема. Булгаков также показывает энциклопедическое знание так религиозных движений (как, например, Гностики и Кафары во Франции) как и других великих деятелях мировой культуры и развиваемых ими мифов, символов и архитипов. В первую очередь здесь имеются в виду легенды и произведения о Фаусте.

Итак, можно ли назвать Булгакова великим писателем, или он — только второстепенный писатель, написавший одно великое произведение? В самом деле, может ли существовать «великий писатель» после девятнадцатого века? Ясно, что писатель может быть «удачным», в смысле известности, основанной на многих опубликованных произведениях. Или может ли существовать великий «канадский» или «русский» писатель: то есть, «великий» с ограничением географической или этнической принадлежности? В таком случае, является ли Булгаков великим русским писателем?

Вопрос становится сложнее, когда мы рассматриваем писателей, у котоых появились академические «собрания сочинений», да не одно, а в разных изданиях. Это произошло, конечно, с произведениями Булгакова, но определяет ли собрание сочинений место автора в литературе? Что можно сказать, например, о А. М. Горьком, у которого большое количество таких изданий? Или о Томасе Манне и Германе Гессе в Германии, лауреатах Нобелевской премии? Подобные издания конечно представляют интерес для ученых, но заслуживает ли все, написанное одним автором, такое внимание со стороны рядового читателя?

На одном литературном собрании, где шла речь о каком-то советском халтурщике, Булгаков вдруг поднялся, насмешливо прочитал одну страницу из романа этого автора, и стал говорить о том, что «самый факт существования в нашей литературе Толстого был фактом, обязывающим любого писателя [после него] … к совершенной правде мысли и слова. К искренности до дна. К тому, чтобы знать, чему, какому добру послужит то, что ты пишешь! К беспощадной нетерпимости ко всякой неправде в собственных произведениях!» Такая позиция, конечно, приводила к конфликту с политическими хозяинами Булгакова из-за его отказа пойти на компромисс. Но это ничего не имеет общего с неприятием честной критики. Писатели которые упрямо настаивают на «чистоте» того, что они пишут — (есть такие!) — просто глупы. Однако, это сложный вопрос, потому что —как мы не соглашаемся с этим общим принципом — он часто затруднителен в практическом применении. Дафна дю Морье, например, охотно принимала критику своего издателя или литературного агента, но на нее тоже влияла необходимость зарабатывать деньги и считаться с ожиданиями читателей. Меня в моей работе тоже сдерживают мнения друзей и родственников. Другим писателям, например Филиппу Лорену или даже швейцарцу Фридриху Дюрренматту, нужно было считаться с ограничениями особенности жанра (детектива), в котором они работают. Очевидно, это положение также влияет на писателей, работающих в других жанрах. Что же нужно им для того, чтобы они тоже считались великими?

Большинство писателей не думают о том, станет ли их работа великим произведением в будущем или нет, а только о том, чтобы хорошо и честно выполнить свой труд. Может быть это не всегда получается, как в случае журналистских или «заурядных» произведений Булгакова. Но эти посредственные работы сами по себе не уменьшают величие автора.

Я начал эту дискуссию постановкой вопроса, был ли Булгаков только второстепенным писателем, которого выделил из ряда других его выдающийся «великий роман». Честно говоря, я больше не уверен в том, что вообще собой представляет величие. Несмотря на субъективность понимания вещей, необходимо признать литературный факт: благодаря своему великому роману, Булгаков, безусловно, стал великим русским писателем. Некоторые из его произведений несомненно «лучше» других, но это случается с каждым писателем. В конце концов, мне все еще кажется, что он был также великим мировым писателем. Но это, конечно, тоже мое субъективное суждение.
  

Web Site www.acolinwright.ca
f

Want to review or comment on this article?
Click here to login!


Need a FREE Reader Membership?
Click here for your Membership!


Popular
Literary Criticism Articles
  1. Sex and Fiction
  2. Analysis of The Mexican Swimmer by Adam Si
  3. Text and Meaning in Albert Camus' The Myth
  4. Book Titles Which Caught My Eye ...
  5. Heels and Other Clones
  6. Women's Fiction, Chick Lit, etc.
  7. The Murder of King Tut by James Patterson
  8. As Do You Really Read News...
  9. Fiction and Generic Consciousness
  10. Social Positions and Affectation
  11. Savannah Author Flannery O'Connor: A Write
  12. Why Shakespeare?
  13. Lee's and Morrison's New Works May Influen
  14. Lancelot's Lady
  15. Emerging Voices by Laurel Rund
  16. Hooked--Book Review
  17. Mystic Witch book review
  18. Ash: The Return of the Beast Book Review
  19. Women of True Grit book review
  20. The Language of Disintegration

You can also search authors by alphabetical listing: A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z



Featured Authors | New to AuthorsDen? | Add AuthorsDen to your Site
Share AD with your friends | Need Help? | About us


Problem with this page?   Report it to AuthorsDen

© AuthorsDen, Inc. All rights reserved.